Протопресвитер Леонид Федоров

 

 

Леонид Иванович Фёдоров (4 ноября 1879, Петербург — 7 марта 1935, Вятка) — экзарх русских католиков восточного обряда. В 2001 году причислен к лику блаженных Католической церкви.

Родился в православной семье. Его отец владел рестораном «Малоярославец», разорился и рано умер; семью содержала мать. Леонид окончил гимназию и поступил в православную Санкт-Петербургскую духовную академию. На третьем курсе покинул академию. В 1902 уехал за границу, где во Львове митрополит Андрей Шептицкий присоединил его к Католической церкви.

Продолжил образование в католических учебных заведениях — в иезуитской папской коллегии в Ананьи под Римом (1902—1907), и в коллегии De Propaganda fide в Риме (1908-1910). После негативной реакции русской миссии при Ватикане на факт учёбы русского католика в итальянских учебных заведениях переехал в Швейцарию, где под именем Антонио Кремони завершил изучение богословия в доминиканском учебном заведении «Альбертинум» во Фрибуре (1908-1910).

26 марта 1911 в болгарской униатской церкви святой Троицы в Галате (Стамбул) епископ Михаил Миров рукоположил его в священники. Леонид Фёдоров был одним из сотрудников митрополита Андрея Шептицкого. С 1910 — префект Научного института (Студиона) во Львове. В 1913 принял постриг в греко-католическом студитском монастыре, состоя в студитском «Скиту святого Иосифа» в Каменце с монашеским именем Леонтий. Под псевдонимами Д-р Леони и Кремони напечатал ряд богословских и исторических трудов в пражской Slavorum Litterae theoligicae и в Roma e l’Oriente в Гротта-Феррата.

В 1914 вернулся в Россию, был арестован как секретарь митрополита Шептицкого и сослан в Тобольск.

После Февральской революции ему было разрешено вернуться в Петроград, где участвовал в первом соборе русских католиков. На нём митрополит Шептицкий назначил его главой Российской грекокатолической церкви и апостольского экзархата для русских католиков в сане протопресвитера (это назначение было утверждено Папой Бенедиктом XV 1 марта 1921). Его служение проходило в трудных материальных условиях. В 1922 писал митрополиту Шептицкому:

«Вашему покорнейшему слуге, экзарху российскому, протопресвитеру и протонотарию апостольскому» приходилось в 1918-19 гг. голодать до того, что тряслись руки и колени, и приходится до сих пор рубить и колоть дрова, ломать на дрова дома и заборы, быть молотобойцем в кузнице, возить тачки с поклажей и мусором, разрабатывать огороды и дежурить на них по ночам… Только милостью Божией могу я объяснить себе, что ещё не умер или не приведен в полную негодность, несмотря на анемию и подагрический ревматизм, который грызёт меня, как крыса старое дерево…

Служил настоятелем в храме Сошествия Святого Духа в Петрограде, под его начальством были основаны женский орден «Святого Семейства», «Община сестер Святого Духа», «Общество Иоанна Златоуста». Выступал с докладами, участвовал в диспутах с православными священнослужителями.

21 ноября 1922 арестован, но сразу же освобождён. После закрытия католических храмов служил на квартирах.

Вновь арестован 23 февраля 1923. 7 марта писал митрополиту Шептицкому:

Если дело дойдёт до расстрелов, то жертвой, может быть, буду и я, чего мне, каюсь Вам, очень бы хотелось. Я убежден, что если прольется наша кровь… то это будет самый лучший фундамент Русской Католической Церкви, иначе мы будем не жить, а прозябать среди нашего темного, беспросветного, «советского» быта…

21 марта 1923 был одним из подсудимых на процессе над католическими священнослужителями в Москве. Заявил, что «хотя мы и подчиняемся советской власти вполне искренно, но смотрим на нее как на наказание Божие за грехи наши». Был приговорён к десяти годам лишения свободы, срок заключения отбывал сначала в Сокольниках, затем в Лефортово.

В апреле 1926 был освобождён с запрещением проживания в крупнейших городах. Жил в Калуге, летом выехал в Могилёв, где служил в местном храме.

С 1926 находился в юрисдикции епископа Пия Эжена Невё. Был арестован в Могилёве и приговорён к трём годам заключения за отъезд из Калуги без особого разрешения. В 1926—1929 находился в заключении в Соловецком лагере особого назначения. До запрета католических служб в декабре 1928 ежедневно служил мессу у себя в камере, по воскресеньям и праздникам — в Германовской часовне. В январе 1929 у него были изъяты литургические принадлежности, но, несмотря на это, на Пасху 1929 в лагере была совершена литургия в восточном обряде. 9 июня 1929 вместе с другими католическими священнослужителями был отправлен на остров Анзер, но уже в августе того же года освобождён ввиду окончания срока заключения.

Был отправлен в ссылку в Архангельскую область, где жил в деревне близ Пинеги. В 1931 находился под арестом в архангельской тюрьме за отказ от принудительных работ, затем освобождён и выслан в Котлас. В конце 1933 был по ходатайству Екатерины Пешковой, первой жены Горького, работавшей в советском политическом Красном Кресте, освобождён из ссылки с запрещением проживать в 12 крупных городах.

С января 1934 жил в Вятке, где и скончался. Епископ Невё писал после кончины экзарха Фёдорова:

Он подвергался гонениям и при царе, и при большевиках — по крайней мере тринадцать лет его жизни прошли в тюрьмах и ссылках. Это был высокообразованный человек, благочестивый молитвенник. С одной доминиканской монахиней я послал ему книги, лекарства, вещи, которые он у меня просил, и немного денег: моя посланница уехала 19 марта, а 21 марта я узнал о смерти экзарха; смелая доминиканка нашла только его могилу на кладбище и по возвращении передала мне подробности о последних часах прелата: он мирно уснул, прекрасно понимая, что умирает.

27 июня 2001 во время Божественной литургии по византийскому обряду во Львове Папа Иоанн Павел II причислил Леонида Фёдорова к лику блаженных Католической церкви. День памяти в Католической церкви — 27 июня.