или зачем нам это надо

Этот манифест обращен лишь к небольшому, избранному кругу лиц. К тем, для кого служение Отечеству и Государю среди республиканско-демократического хаоса, остается недосягаемым, но желанным идеалом. Кто, подобно Дон Кихоту, продолжает свою войну с мельницами либеральной лжи, кто стремится защищать правду, а не политкорректность. Мы говорим о рыцарях, о тех, кто знает и помнит своих предков, чтит старших, женщину, свой герб. И еще этот манифест обращен к тем, кто хочет стать рыцарем.

Итак. Начнем с века минувшего. Именно ХХ век стал могильщиком Помазанников Божьих и Церкви (как института власти). То, что сегодня осталось от христианской монархической идеи вызывает только чувство брезгливости. Короли и князья, еще не свергнутые пролетариями, предстают перед нами в абсолютно карикатурном виде. Они, как старые здания, украшают собой ландшафт для утех вездесущих туристов, но при этом никем уже не правят и главное (!!!) никого не защищают. Потомки свергнутых династий суетливо доказывают свои права на бывшие престолы и мечтают стать такими же никчемными правителями без прав. Государственными пенсионерами, проживающими во дворцах и надзирающими за их сохранностью.

Вместе с венценосцами травле и гонениям подверглась Вселенская Апостольская Церковь (иначе говоря, католики и православные). На примере Поместных Православных Церквей, растоптанных коммунистическими режимами, мы видим, что вслед за всплеском мученичества и бесстрашного свидетельства о Истине, Церковь в лице своих иерархов, заняла в неодемократическом мире удобную нишу, став доходным бизнес-проектом небольшого семейно-кланового сообщества. А Римско-Католическая Церковь, окруженная со всех сторон, беснующимися поборниками прав всякой сволочи, вынуждена была начать диалог с теми, кого еще совсем недавно справедливо вела на костер. Экуменизм это не свидетельство человечеству о Христе и Его Святой Церкви. Это поражение. Ибо нельзя идти на совет нечестивых. В XV веке сжигая колдунов, нельзя в ХХ веке заседать с ними на гуманистических форумах. Нам возразят, дескать, то, что было в средневековье, не может иметь место в современном, цивилизованном мире. Значит ли это, что со временем выяснилась близорукость и отсталость Отцов Церкви, призывавших к сопротивлению? Что святые средневековья заблуждались, а мы-то в полной мере владеем истиной и политической и церковной?

Все это значит другое. Перед лицом вселенского торгаша и хама, ранее вышвырнутого Христом из Храма, Вселенская Церковь дрогнула и отступила. И если не произойдет чуда, это отступление может превратиться в паническое бегство. Церковь забыла про катакомбы и не хочет в них возвращаться. Когда торжествуют ценности буржуазии, помазанники превращаются в шутов, а пастыри в еретиков.

Печальная картина. Но как бы ни страшили нас апокалипсические предчувствия, всегда будут находиться те, кто пойдет наперекор духам тьмы. Всегда будут находиться те, кто был рожден не в свое время, кто, прочитав о былых подвигах Айвенго, захочет совершить их сам.

Почему в XXI веке идея рыцарского служения так и не изжита? Почему до сих пор люди вступают или организовывают новые рыцарские братства?

Для того, что бы тешить свое тщеславие – ответят очень тщеславные.

Для того, что бы увешать себя блестящими цацками – вторят им те, кого никогда, и никто не наградит.

Для того, что бы помочь масонам – скажут дураки или масоны.

В рыцарское братство вступают, что бы ощутить свою сопричастность к духовной элите. Что бы ИМЕТЬ ПРАВО служить и защищать. Принимать решения и именем Ордена воплощать их в жизнь. Именно рыцарский Орден дает возможность служить Государю – Магистру Ордена. То есть, быть ДВОРЯНИНОМ.

Забавны те, кто в республиканских странах учреждает аристократические клубы или дворянские собрания. Во-первых, в отсутствие Государя, кому служить? Во-вторых, являясь гражданами этих стран, новые (старые) «дворяне» забывают, что получая республиканский паспорт из рук тех, кто упразднил сословия в стране, они, таким образом, признают себя не подданными (пусть и свергнутого монарха), а рядовыми ГРАЖДАНАМИ республики. И что бы вновь стать дворянином, надо или заслужить это звание на службе у другого монарха, или вступить в рыцарский орден и посвятить свою жизнь борьбе.

Рыцарский орден универсален. Он не имеет государственных границ, так как действует там, где хочет и может. И сам Орден является государством и Отечеством для вступивших в него оруженосцев. Что же касательно Магистра, то он, в отличие от императоров и королей не связан проблемой бездетного брака или наличием отпрыска-дегенерата. Магистр избираем из братьев Ордена, тем эта монархия и крепка.

В чем же сегодня должна и может выражаться служба Государю и орденскому братству? Современный мир противостоит крестоносному воинству. Невозможно собрать армию и повести ее на Иерусалим, для освобождения Гроба Господня. И вовсе не потому, что в решающей схватке победу одержат мусульмане или иудеи. Свои соотечественники-христиане (или не очень христиане) посадят под крепкий замок за «разжигание религиозной розни». Как будто эта рознь давно потухла. По этой же причине мы не можем направлять боевые отряды на помощь тем христианским народам, кто утесняем и уничтожаем за одно лишь исповедание веры. Разумеется, вести борьбу можно тоньше и незаметнее для опытного глаза противника, не опасаясь посадки под замок. Но эта тема уже иного манифеста.

Сегодня мы можем и должны распространять информацию о крестоносном рыцарстве. Мы должны зажечь своими идеями как можно больше сподвижников, дабы иметь численное превосходство над нашими оппонентами. А они наступают по всей линии уже видимого фронта.

После изобретения конвейерного производства исчезли мастера. Человек знает, как выточить гайку, но уже не может построить машину. Мобилизованный сброд всегда проигрывал имперским легионерам. Кто из нас способен возвести храм и выдержать осаду крепости? Если враг атакует, кто из нас знает, о главных духовных реликвиях страны, требующих защиты и сохранности? Кто и как, в случае голода и разрушения привычной инфраструктуру, поможет старикам, женщинам и детям? Все это дела рыцарские. И что бы служить ближнему, необходимо расширять собственное образование.

И еще надо начинать устанавливать поклонные Кресты, радующие путников-единоверцев и вызывающие лютую ненависть у пришлых. Это не только место молитвы, это – метка территории. Знак предупреждения. И еще это проверка на пригодность. Если сможем уберечь наши Кресты, значит, сможем защитить и народ Божий.

Протопресвитер Александр Сергеев-Зарнадзе