НЕЛЬСОН МАНДЕЛА

Ролихлахла Мандела родился 18 июля 1918 года в семье вождя племени телебу, имевшего три жены и полтора десятка детей. Имя мальчика на местном диалекте означало «срывающий ветви с деревьев». Племенные имена африканцев исключительно точно соответствовали характеру младенцев — юный сын вождя рос редкостным сорванцом, доставлявшим родителям и всему племени немало неприятностей. В школе учитель присвоил этому сорванцу имя Нельсон. Понятно, что он имел в виду знаменитого адмирала, которого от всех прочих офицеров королевского флота Великобритании отличали два качества — несокрушимая воля и полное отсутствие свойственного человеку чувства самосохранения. Известно, например, что адмирал Нельсон, будучи молодым лейтенантом, сошел с корабля на льдину с одним кортиком, чтобы поближе познакомиться с белым медведем весом в три центнера. Между прочим, взглянув в глаза Нельсона, медведь поспешил убраться восвояси.
Видимо, Мандела с юности принадлежал к породе именно таких людей, как Нельсон. Из них, как известно, получаются великие военачальники, акулы бизнеса вроде Джона Рокфеллера и непререкаемые авторитеты преступного мира, именуемые «ворами в законе». В ЮАР сыну вождя племени телебу было уготовано последнее. В 1940 году его отчислили из колледжа. Считается, что за участие в какой-то акции протеста, но это не так, поскольку никаких акций в те времена не было и быть не могло. Двухметровый Нельсон, демонстрировавший замечательные успехи в боксе, вместе со своим братом просто-напросто терроризировал всю округу. Пришлось ему отправиться работать в шахты Йоханнесбурга. Не горняком, конечно, а полицейским. Эта работенка ему явно не понравилась. Во всяком случае, Нельсон, продемонстрировав незаурядные способности, в хорошем темпе окончил не только колледж, но и университет, получив специальность юриста.

Но это был не тот человек, который согласился бы всю жизнь сидеть в офисе и перебирать бумаги. Нельсон ринулся в политику, вступив вместе со своими приятелями в Африканский национальный конгресс (АНК). Эта партия, основанная в 1912 году, отстаивала права местного населения исключительно с помощью вежливых петиций и апелляции к властям. Так бы она действовала и дальше, если бы почтенные члены этой организации не поспешили принять в свои ряды человека, «срывающего ветви с деревьев». Нельсон Мандела немедленно сформировал «Молодежную лигу АМК» и принялся организовывать шумные пикеты, демонстрации и забастовки. Но на это нужны были деньги. Откуда же он их брал?
Режим апартеида (от apartheid, что по-голландски означает «разделение») был не совсем таким, каким его представляли за пределами ЮАР. Черное население действительно жило в так называемых бантустанах, откуда без разрешения властей не имело права выехать, но при этом уровень жизни этих аборигенов был гораздо выше, чем в соседних африканских государствах. Более того, многие из них, получая образование, работали юристами, врачами, предпринимателями, имея при этом неплохой доход. И разве они могли выдержать проникновенный взгляд Нельсона Манделы и не внести скромную лепту в дело освобождения коренного африканского населения от апартеида?
Все шло неплохо, пока в 1961 году АМК не был запрещен как полукриминальная партия. Можно понять возмущение Манделы — все каналы финансирования были перекрыты, пошла череда арестов активных товарищей, собирающих добровольно-принудительные взносы в фонд организации, да и его самого посадили за решетку. Правда, ненадолго. Разъяренный Нельсон уехал в Алжир, где вместе с товарищами создал боевое крыло АМК под названием «Копье нации», прилежно изучив основы диверсионно-подрывной работы. Но в ЮАР боевиков этой организации ожидала неудача — в июне 1964 многие из них, в том числе Нельсон Мандела, были арестованы. Его судили по двум статьям. Одна — терроризм — предусматривала пожизненное заключение, а вторая — незаконный выезд за пределы страны — пять лет. Так Нельсону в приговоре и записали: пожизненно плюс пять лет. Очень либеральное, надо сказать, было в ЮАР законодательство. В большинстве стран мира Нельсона Манделу за такое преступление неминуемо ожидала бы смертная казнь.

Отбывать срок 45-летнего Нельсона отправили в тюрьму на острове Роббен, расположенном на самом юге Африки. Зима там холоднее, чем в ЮАР, — примерно такая же, как на южном берегу Крыма, но зато лето менее засушливое. Курорт, одним словом. Правда, на первое время террориста №1 определили в одиночную камеру размером два на три метра. Но вскоре до руководства тюрьмы дошло, что держать такого человека в одиночке и заставлять его спать на бетонном полу — это только закалять его и без того стальную волю. Стремясь занять Нельсона общественно-полезным трудом (в каменоломнях он не желал работать ни под каким видом), администрация тюрьмы пошла на хитрость. Она пообещала освободить Манделу, как только он сделает подробную карту острова, который отличается сложным рельефом. Проштудировав учебник геодезии, Нельсон вооружился теодолитом и принялся за дело. Как только карта (по свидетельству специалистов, вполне профессиональная) была закончена, он действительно был освобожден из этой тюрьмы и… переведен в другую, неподалеку от Кейптауна.
Всего Нельсон Мандела пробыл в заключении 27 лет. Как же так получилось, что его имя за такое долгое время не только не забыли в ЮАР, но и узнали во всем мире? Заслуга в этом принадлежит его жене Винни. Каждый раз, возвращаясь после свидания, она оповещала всех и каждого о том, что сказал ее выдающийся муж, узник совести и неукротимый борец за свободу. Она часто выступала на митингах, давала интервью, вела обширную переписку. Злые языки даже утверждают, что в то время, когда Нельсон ругался с любознательными пингвинами, которые постоянно сбивали геодезическую рейку, его жена, дочь школьного учителя, написала за него книги «Нет легкого пути к свободе» и «Я готов умереть».
Как бы то ни было, но в феврале 1990 года под напором международной общественности Нельсон Мандела был освобожден из заключения. Президентом ЮАР к тому времени был Фредерик Деклерк, которого вовсе не напрасно называют южноафриканским Горбачевым. Как и его прототип в СССР, Деклерк намеревался лишь слегка ослабить вожжи, чтобы продемонстрировать всему миру, что в ЮАР полным ходом идет демонтаж системы апартеида. Освобождение Манделы, этакого престарелого, наивного диссидента наподобие советского академика Сахарова, было призвано продемонстрировать размах и как бы даже необратимость демократических преобразований в стране. Деклерк никак не ожидал того, что произошло в дальнейшем. Из клетки выпустили зверя, который ничем не напоминал советского академика. Вожжи, которые президент ЮАР уже с трудом удерживал в руках, Нельсон Мандела у него немедленно отобрал.

Михаил Володин

Несколько слов о Манделе

Ни для кого не секрет, что в развале ЮАР огромную роль сыграл АНК и лично лауреат Ленинской премии мира и «узник совести» Нельсон Мандела. Наиболее популярным методом борьбы была смесь политического шантажа, давления европейских и американских либеральных кругов и неприкрытый терроризм.

Как ни странно, наиболее активными террористами поначалу были белые. Здесь надо сделать ремарку и пояснить, что по существовавшей тогда системе расовой сегрегации в ЮАР выделялось три расовых группы: белые (африканерская и английская общины, а также все европейцы и евреи), черные и цветные (в основном – индийцы, китайцы и метисы). Именно белые (а конкретно – часть либерально настроенной английской общины и евреи) обучили негров приемам и хитростям подрывной работы и тактике диверсий. Довольно показательно следующее высказывание активного члена Африканского Национального Конгресса Касрилса о своих "коллегах": "Я работал, пребывая в заблуждении, что единственными белыми, которые были озабочены расовым угнетение черных, были евреи".
Правительственная комиссия, назначенная для проведения расследования подоплеки взрывов, выяснила, что для усиления рядов "Копья нации" в Южную Африку были присланы специалисты по диверсиям и подрывной деятельности, подготовленные в других африканских странах, в СССР и даже на Кубе. Черных террористов готовил и Китай, лидер которого Мао Цзэдун после конфликта с советским руководством выдвинул теорию о том, что новым центром мировой революции стал так называемый третий мир.

Еще одной террористической бандой стала созданная Панафриканским конгрессом в конце 1962 года организация "Поко". По словам ее главаря П. Лебалло, в ней состояло 150 тысяч человек, "готовых сражаться против господства белых". Конечно, эта цифра была весьма завышенной, но от этого угроза обществу никак не снижалась. Члены "Поко" зарезали трех полицейских в локации Ланга возле Кейптауна, до смерти запытали 8 "осведомителей" в Паарле, убили одного племенного вождя в Транскее, а на главу правительства этого бантустана - вождя Кайзера Матазинзиму - совершили покушение, совершили многочисленные нападения на белых граждан ЮАР.

В ночь на 21 ноября 1962 года члены "Поко" по дороге из поселка Мбеквени возле Паарля совершили неудачное нападение на полицейский участок. Когда атака была отбита, негры принялись буйствовать в округе, грабить лавки, врываться в частные дома, в одном из которых они подняли с постели и убили молодых супругов, в других - тяжело ранили еще нескольких белых. Пятеро нападавших были убиты полицейскими, затем было арестовано еще несколько сот бандитов.

Ночью 2 февраля 1963 года 50 боевиков "Поко" напали на туристический лагерь у моста через реку Баши в Транскее. Вначале они забросали кемпинг бутылками с зажигательной смесью, а затем, применив огнестрельное оружие, убили нескольких белых, спавших в автофургонах.

Весной 1963 года были приняты решительные меры против черных террористов и их пособников. Значительно расширены права полицейских ("любой полицейский может без ордера арестовать или отдать приказ об аресте любого лица, которое он с достаточным на то основанием заподозрит в совершении или намерении совершить преступление, предусмотренное законом о подавлении коммунизма или закона о запрещении незаконных организаций, или совершивших акт саботажа, и содержать в любом месте для допроса в течение до 90 дней; никому кроме судьи не разрешается свидание с таким лицом, никакой суд не может распорядится о его освобождении"). Против принятия этого закона в парламенте проголосовала только одна Элен Сузман (единственная представительница Прогрессивной партии). Остальные депутаты сплотились против черной опасности.

В итоге "Поко" была нокаутирована: арестовано более 1100 активистов, разгромлены подпольные базы, изъяты списки членов банды. Летом 1963 года в результате масштабного полицейского рейда на подпольную базу на ферме в Ривонии было арестовано и высшее руководство "Копья нации".

Прошла серия громких процессов над террористами, которые на этот раз отделались не так легко, как прежде. Так, суд в Претории обвинил Нельсона Манделу в организации более 200 крупных диверсионных операций, в числе которых было разрушение мощной бомбой кабинета одного из членов правительства, взрывы мачт электрокоммуникаций, трансформаторов, железнодорожных путей, семафоров, бюро по выдаче пропусков. За все это Мандела и его соратники получили пожизненное заключение. Остававшиеся на свободе лидеры черных экстремистов были вынуждены либо уйти в глубокое подполье, либо вовсе эмигрировать. Значительная часть боевиков также покинула Южную Африку, перейдя через границу в сопредельные государства, где начали создаваться партизанские базы.

Успех по нивелированию террористической деятельности был очевидным. Нация полностью поддержала свое правительство, что показали выборы марта 1966 года, когда Национальная партия значительно увеличила количество своих мандатов (до 126!). Таким образом, был достигнут "социальный мир".

Идиллия рухнула 6 сентября 1966 года. Димитрий Тсафендас, грек по происхождению, сумел нанести президенту Фервурду смертельный удар ножом прямо в здании парламента. Причины, побудившие Тсафендаса совершить это преступление, остались до конца не выяснены. Некоторые утверждали, что виной всему была невозможность брака между греком и цветной женщиной (подобные браки были, напомним, в ЮАР запрещены). Но сам Тсафендас на суде "отстаивал" другую "версию": убить Фервурда ему якобы "приказал червь, сидящий у него в животе". Генеральный прокурор настаивал на политической окраске преступления, однако судья Байере признал убийцу умалишенным.

Как писал американский литовец Томас Венцдова, эмигрировавший из CCCР и посетивший ЮАР в 1986 году.: «Есть Нельсон Мандела, сидящий в тюрьме двадцать четвертый год: пожалуй, его бы выпустили, но он принципиально не согласен отречься от насильственных методов. Жена его Винни недавно заявила: "Вместе, рука об руку, со спичечными коробками и ожерельями - вперед, к освобождению страны!"» («Ожерелье» - автомобильные покрышки, надеваемые на шею жертвы и поливаемые бензином, который потом поджигался. Зачастую опознать труп после этого было невозможно.)
В начале 1989 года у действующего президента Боты приключился инсульт. На заседании парламентской фракции Национальной партии ее лидером был избран Ф. де Клерк, В июле 1989 года президент встретился с Нельсоном Манделой, который оставался формальным лидером АНК, находясь заключении (задолго до этого он был переведен в комфортабельный коттедж, где жил вполне припеваючи и ни в чем себе не отказывал). В качестве условий для полного освобождения Манделы из "тюрьмы" были названы: отказ от насилия и разрыв отношений с коммунистической партией. Разумеется, "узник совести" наотрез отказался от этих вполне разумных требований. Более того, он предъявил своеобразный ультиматум, призвав правительство снять запрет на деятельность АНК и других расистских и коммунистических группировок, освободить террористов, отменить чрезвычайное положение. Поразительная наглость, учитывая то, что бандиты из "Копья нации" продолжали ежедневно истреблять десятки белых мирных жителей.

2 августа 1989 года началась очередная лицемерная "акция неповиновении". Сотни негров в различных районах страны явились в медицинские учреждения и потребовали "оказать им помощь". Экономические круги со своей стороны усилили натиск на правительство, говоря о необходимости "решительной перемены курса", так как организованная по настоянию либеральных кругов Лондона и Вашингтона экономическая блокада отрицательно сказывалась на экономике ЮАР. Крах стал необратимым.

20 сентября 1989 года де Клерк стал президентом. Ему оставалось лишь послушно выполнить все условия, продиктованные черными расистами и "мировым сообществом". На открытии сессии парламента в феврале 1990 года он объявил о снятии запрета на деятельность АНК, Панафриканского конгресса и коммунистической партии и о полном освобождении Манделы.

"Террорист № 1" (кстати, в этот момент Советский Союз присвоил ему Ленинскую премию мира) прибыл в Кейптаун и выступил на митинге черных радикалов. Он заявил: "Факторы, которые сделали необходимой вооруженную борьбу, все еще существуют сегодня, у нас нет другого выхода, кроме как продолжать борьбу". Как говориться, горбатого могила исправит! Единственным фактором, который продолжал "мозолить глаза" расистам из АНК - было белое население, которое предстояло либо физически уничтожить, либо превратить в изгоев.

Чем больше правительство шло на уступки, тем агрессивнее становились террористы. Когда ряд белых политиков предложили новую государственную модель, согласно которой каждая расовая группа должна иметь равный вес в законодательном органе, с тем чтобы ни одна из них не могла господствовать, черные расисты вновь призвали к "решительной борьбе".

2 мая состоялась встреча лидеров АНК и коммунистической партии с правительством, на которой была фактически подписана капитуляция. Террористы выпускались из тюрем, и могли свободно вернуться в ЮАР из-за рубежа. Больше того, "борцам против апартеида" предоставлялся иммунитет от судебных преследований! К 30 апреля 1991 года было освобождено 933 "политических заключенных", однако 364 террористам было отказано в этом из-за серьезности совершенных ими преступлений. В ЮАР вернулось около 6000 эмигрантов (отказано было лишь 100 экстремистам).

Нельзя сказать, что белые патриоты не пытались противодействовать произволу властей. Но теперь подавляли уже их. Митинги африканеров жестоко разгонялись полицией и негритянскими экстремистами, белых совершенно безнаказанно убивали в открытую, средь бела дня (еще бы - ведь это была "борьба против апартеида").

Консервативная партия справедливо обвинила правительство в нарушении предвыборных обещаний не вести переговоров с АНК, пока тот не откажется от насилия. Даже бывший президент П. Бота вышел из Национальной партии в знак протеста против того, что в переговорах принял участие лидер коммунистов Джо Слово.

Но почему белые долгое время практически не шли на адекватные черному террору действия? Любопытную точку зрения высказал один из лидеров Демократической партии В. Малан: "Консерваторы фактически смирились с тем, что дело идет к созданию правительства большинства. Их особенностью (включая таких правых деятелей, как Ю. Тербланш) является то, что они воспитаны в уважении к закону, поэтому они вряд ли будут выходить в своем сопротивлении переменам за рамки законов. В Национальной партии многие надеялись, что им удастся сохранить за собой контроль, то есть, разделяя власть, фактически оставить ее за собой. В этой партии произошли фундаментальные перемены. Она защищает уже не африканерские привилегии, а белое богатство, капиталистические интересы, ту "курицу", которая, как они любят говорить, "несет золотые яйца".

Однако даже в этих условиях во властных структурах находились те, кто брал на себя ответственность хотя бы притормозить наступление хаоса. Во второй половине июля 1990 года полиция произвела серию арестов. Среди арестованных оказался, в частности, член исполкома АНК С. Махарадж. Было объявлено о раскрытии коммунистического заговора с целью свержения правительства. С учетом сложившейся в стране обстановки, подобное заявление вряд ли можно рассматривать как надуманное. Впрочем вскоре заговорщики вновь оказались на свободе.

Остановить гибельный процесс было уже невозможно. Мандела добился того, чтобы в конце года члены АНК и "Копья нации" окончательно получили статус неподсудности. Хотя эти организации и отказались формально от вооруженной "борьбы", это не означало, что террор прекратился. Ведь помимо АНК в ЮАР действовал целый ряд еще более экстремистских групп. Некоторые из них вели борьбу против АНК.

К примеру, против Манделы выступало движение "Инката", возглавлявшееся президентом Квазулу (бывший бантустан, получивший статус независимого государства) вождем Мангосуту Бутелези. Поскольку в армейских кругах ЮАР организация Бутелези рассматривалась как неплохой противовес АНК (кроме того, она не носила открыто расистского характера и почти не нападала на белых), "Инката" финансировалась из бюджета министерства обороны, а члены ее боевого крыла обучались инструкторами южноафриканского спецназа.

Соратники "Инкаты" провели ряд довольно успешных боевых акций, в ходе которых было уничтожено немало экстремистов - сторонников АНК. С конца 1980х годов такие акции неоднократно имели место в негритянских рабочих поселках - тауншипах, просто кишевших расистами. Бойцы "Инкаты" использовались и в ходе беспорядков в бывших бантустанах (также получивших независимость). Эти беспорядки были организованы АНК с целью свержения законных властей новых африканских государств.

К крайнему удивлению де Клерка, Мандела призвал всех негров к общенациональной забастовке (фактически, без всякого повода, ведь все требования черных расистов неукоснительно выполнялись). Страну поразил экономический кризис. На митингах е 1992 году (!) Мандела говорил буквально следующее: "Я убежден, что мы имеем дело не с нормальными людьми, а с животными. Следуя примеру нацистской Германии, господин де Клерк, Национальная партия, "Инката" убивают людей всего лишь за то, что они черные". Казалось бы - бред сумасшедшего: де Клерк и Национальная партия превратились к этому моменту в самых настоящих либералов, а "Инката" была организацией чернокожих… Тем не менее, слова Манделы были расценены, как призыв к убийству белых…

26-29 апреля 1994 года состоялись всеобщие выборы, и АНК пришел к власти, получив поддержку большинства избирателей - 63% (за Национальную партию проголосовали 20%, что примерно равно доле белого населения страны). 9 мая 1994 года Национальная ассамблея избрала президентом ЮАР Манделу. Результат - стремительно прогрессирующий развал экономики, не менее стремительно набирающий обороты черный расизм и дискриминация белого населения, эмиграция специалистов из страны. Самое развитое государство Африки стремительно скатывается до уровня страны третьего мира.